Параллельный мир. Тересприт - Софья Белоусова

Слабость начала медленно уходить и Гелла впервые так сильно обрадовалась быстрому восстановлению.

Она мельком глянула на телевизор, что был без звука. Шли новости. Во весь экран светился большой заголовок:

«Двое подростков были обнаружены в тяжелом состоянии в переулке около Четвертой улицы. Оба госпитализированы».

— Откуда это здесь? — удивилась она.

Все вещи должны быть в автобусе. Наверное, ребята из группы увидели новости и принесли вещи. Именно так решила Гелла. Меч лежал там же.

Встав на пол, Гелла поняла, что на ней была лишь больничная длинная рубашка. Решив, что Дин, наверное, в другой палате, он вышла в коридор.

— Опять вскочила? — услышала она голос старой женщины, что сидела за столом.

Не оборачиваясь, Гелла ускорилась, а затем вовсе побежала. Регенерация все еще работала, организм начал восстанавливаться. Она заглянула в несколько палат, но Дина нигде не было. Тогда за обе руки ее схватили двое мужчин.

— Вот ведь какая! — запыхавшаяся старушка в халате догнала ее и поправила очки. — Третий раз уже сбегаешь! Тебе лежать нужно! Где твой друг?

— Друг? — спросила Гелла, перестав сопротивляться. — Дин? Где он? Куда вы его положили? Мне нужно к нему!

— Да в палате он твоей, который раз говорю! Еще раз сбежишь — и я больше снотворного вколю! — бабушка указала на дверь.

Геллу завели туда, откуда она сбежала. Одна из кроватей, которую она не заметила, стояла за шкафом. Дин лежал на спине в такой же рубашке. Ему тоже поставили капельницу.

— Пустите! — Гелла начала вырываться.

— Тише ты! Не видишь? Спит. Пришлось тоже вкалывать лекарство, чтобы спал. То ты проснешься и начнешь бегать, то он! Сколько можно-то? Сиди тихо и не бегай. Не хватало, чтобы в мою смену тут беспорядок был.

Поморщившись, Дин разлепил глаза и сразу же схватился за живот. Никакой раны не было, лишь шрам.

— Дин! — радости Геллы не было предела.

Он повернул голову.

— Гелла? — он приподнялся. — Где мы?

— В больнице вы! — проворчала бабушка. — Хоть ты ей скажи, чтоб легла в постель! Всю ночь ее откачивали, сердце отказало!

— Сердце? — Дин уселся на кровать и чуть пошатнулся, убрав из руки иглу.

— Сидите здесь тихо! И без глупостей! — пригрозила старуха, и все взрослые вышли.

Гелла повернулась лицом к двери и ругнулась. Дин даже не обратил на это внимание. Он смотрел на ее спину. Где кончался вырез, на коже было что-то странное. Торчала полоска в виде дуги, похожая на шрам.

— То же мне! — Гелла повернулась к нему лицом. — Какая старушенция! Подумаешь, я всего лишь…

— Повернись спиной, — сказал Дин. — Живо.

— Зачем?

— Быстро покажи мне спину.

— Дин, тебе что, лекарство в голову ударило? — Гелла чуть попятилась назад. — Ты чего?

Тогда Дин поднялся с кровати и подошел ближе, почти вплотную. Нахмурив брови, он сжал губы. Ростом он был едва ли выше Геллы, но по ощущениям и напряжению, ей казалось, что он минимум на три головы выше, чем она. Он ощупал свою спину и почувствовал что-то между лопаток.

— Спина, — прошипел он. — Покажи.

Гелла поняла, что уже ничего не скрыть, и повернулась спиной. Она чуть приспустила рубашку, оголив веснушчатые лопатки. Тот самый символ из книги, словно шрам, въелся в ее кожу. Затем Гелла повернулась к нему лицом. Такого осуждающего, сердитого взгляда она никогда не видела в глазах Дина.

— Сердце, значит, отказало? — тихо сказал он.

— Дин, я… Я не знала, что мне делать.

— В скорую позвонить! Да что угодно, но не это! Ты же обещала! Обещала так не делать! Как я себя должен чувствовать теперь, зная, что именно я мог бы быть виноватым в твоей смерти? Чем ты думала вообще и…

— Ты умирал у меня на руках! — выпалила Гелла на одном дыхании, едва сдерживая слезы. — Я испугалась!

Один из самых неприятных моментов, когда ты втягиваешь ртом воздух, а затем медленно выдыхаешь, не давая себе заплакать. Внутри тебя словно бушующий ураган, который выпускать уж очень не хочется.

— Что мне нужно было еще сделать? — Гелла сжала кулаки. — Позволить тебе умереть? Ты дал обещание! Не бросать меня. И я помогла тебе его сдержать! Ясно? Цени это! Для меня такое никто бы не сделал!

— Я бы сделал, — ответил Дин. — И не раз.

— Тогда почему?

— Что «почему»?

— Ругаешься на меня.

— Потому что ты сделала это ради меня, а я такого не заслуживаю. Я не должен был ходить один по городу, не должен был сражаться с Ароном. Тогда ты бы не пострадала. Это моя ошибка, а не твоя.

Гелла замолчала, уставившись в пол. Дин вздохнул.

— Больно было?

Она подняла голову. Дин смотрел уже по-другому: с сочувствием, даже с добротой. В его неуверенном взгляде можно было увидеть то чувство вины, что терзало его.

— Немного, — Гелла скрестила руки на груди и отвела взгляд. — Это моя вина. Я вела себя ужасно. Ты был прав насчет Бастиана. Мне так жаль, Дин, пожалуйста, прости меня. Я глупая.

Она вздрогнула, вспоминая то, как ужасно было переносить все то, что с ней было. Но она не думала, что у нее из-за этого остановится сердце. Слова той старушки напугали ее и Дина.

Почувствовав тепло, Гелла облегченно выдохнула. Дин крепко обнял ее. Она обхватила его шею руками и уткнулась носом в плечо.

— Спасибо, — тихо сказал Дин. — Что не оставила.

— Ты же со мной разговаривать не собирался? — пробубнила она, не выпуская его из объятий.

— Да ну тебя. Я тут от чистого сердца, а ты…

— Ты мой должник, ясно?

Дин усмехнулся.

— Ясно-ясно. И чего ты хочешь?

— Купишь мне гамбургер. Я есть хочу.

— Всего лишь? Я думал, что стою больше.

— Да. Ты прав. Тогда еще и картошку.

* * *

Повернув кран, Гелла вздрогнула от прохладных капель воды. Затем еще чуть прокрутив, настроила нужную температуру.

Из больницы они сбежали утром. Гелла успела прочесть в дневнике Роута очень интересное заклинание по стиранию памяти.

Они с Дином утром забрели в старый спортивный зал. Приключения — хорошо, но душ никогда лишним не будет. Гелла расслабилась под теплыми струями воды и облегченно вздохнула. Вот бы удалось смыть всю ее усталость и боль так же легко, как грязь.

— Гелла, — услышала она голос Дина из раздевалки. — Давай скорее. Времени мало.

Завернувшись в полотенце, она откинула назад мокрые длинные волосы. Гелла зашла